Мел говорит серьезно, и это довольно странно, совсем не похоже на ту Мельтор, которая ушла из Дома. Не похожа ли? На ту Мельтор которая спокойно накормила всех конфетами от Папы Стервятника, даже собственную девушку не пожалела... Льлахи хлопает в ладоши, нелинейные характеры приводят его в восторг, а Мел в этом плане просто подарок, то конфеты, то чешуя, то сирот опекает. Впрочем остальные тоже хороши, почти все. - Мел, - мурлычет вампир, плавно перетекает за спину Мишеля, одергивает рукава пиджака и полусерьезно вонзает когти в его шею, - сорвем Розочку? Льлахи обнажает клыки и зловеще шипит.
Сандра напрягается. Всем телом, до вибрации в локтях, запястьях и коленях. Пока не нужно не только шевелиться, но и дышать. Нужно только внимательно следить глазами за двумя Рыжими, которые медленно сближаются. И не пропустить момент, когда настанет пора действовать очень быстро.
Мельтор лениво оглядывает Мишеля с головы до пят. Взгляд ее холоден и даже равнодушен. - Не самый вкусный выбор, - Мел криво усмехается,ловя взгляд вампира. - Дядя Стервятник вроде им даже интересовался. Мел слышит мнение Чумы. Надо же какое рьяное затупничество, ах, да он же вроде как свой. _ С другой стороны...- Мел задумчиво прикрывает глаза - тем вернее привлечем внимание Упраляющего, только нужно ли оно нам?
Ретт останавливается. Дальше идти и не нужно - между ним и вампиром никого нет, даже Мишель его почти не заслоняет. - Пожалуйста, - просит Крыс, расслабленно опуская руки и пряча их за спину. - Отпусти его.
Мел встает рядом с Чумой и обнимает девушку. То ли из-за нежданного прилива нежности к девчонке, то ли, чтобы удержать от резких действий. Но объятия вполне себе крепкие. -Как же тут не переполошиться, Льлахи? - вмешиваться она точно не будет, глядишь, узнает на что способен вампир, а, может, и какие тузы в рукаве у Крысы.
- Не лезь в чужие отношения, Ретт. Я не трепетная девица, меня не надо спасать. Мишель поднимает глаза на вампира. - А ты прямо всерьез собрался меня убивать, Даниэль?
Чума кладет голову на плечо Мел, и рассматривает снежно-огненную пару. Ей не нравится, что Льлахи сосредоточен на Мишеле, но мало ли, вдруг он его все-таки грохнет. - Ставлю на вампира. - шепчет она Мел.
Легонько целует Чуму в висок и кивает. Ответ Мишеля вызывает улыбку. Мальчик-то повзрослел и совсем адаптировался, аж любо дорого смотреть. Ощущение, что "жертвоприношение" состоится полностью растаяло, разве что Ретт сейчас умудрится раззадорить вампира.
Сандра тоже не отказалась бы сейчас кого-нибудь обнять и перестать напрягать глаза до того, что они начинают слезиться. Но поскольку Ретт сейчас далеко, аж за три полноценных мужских шага, она стискивает край столешницы. И зубы заодно, чтоб не барабанили почем зря.
Чума довольно щурится, в воздухе чуть-ли не искры летают, Крыса выглядит хищной, Сандру трясет, Рыжий и Белый кажется получают удовольствие, и в этом баре наконец-то интересно. Чума целует Мел не отрывая взгляд от вампира и Розочки.
- Просто блеск, - сообщает Ретт в пространство. - Нам уже и вмешательство Главного не нужно, чтобы в глотки друг другу вцепляться. К черту бал-маскарад, даешь королевскую битву. Выживший объясняется перед Стервятником.
Можно ли улыбаться при поцелуе? Да запросто. Мел даже умудряется отвлечься от главных действующих лиц. Комментарий Беглеца правда возвращает к действительности. Можно ли целоваться когда тебя душит хохот? Мельтор точно не может.
- Мне очень нравится тебя душить, мой до невозможности викитимный друг, но публика у нас хоть и благосклонная, но местами очень нервная. Льлахи наклоняется к уху Мишеля и что-то шепчет ему на ухо и убирает руку с горла парня, красный отпечаток ладони, и алые дорожки там, где когти потревожили кожу, ярко выделяются на тонкой шее. Вампир салютует Мишелю его же бокалом.
Мишель кивает вампиру отвечая на заданный вопрос и с серьезной миной ответно салютует вампиру бутылкой и переключается на Крыса. - Спасибо, Ретт, я отзываю обещание, но неужели ты правда решил меня спасать?
Мельтор выходит из оцепенения и отходит от Чумы. Причина дискомфорта открывается ей несразу. Но все же. - Чем воняет? - несколько озадаченно спрашивает она и вопросительно смотрит на Ретта. Не дожидаясь ответа, девушка уже специально принюхивается. "Пап?" Мельтор привыкла получать ответы от голоса в голове.
- Мел, - мурлычет вампир, плавно перетекает за спину Мишеля, одергивает рукава пиджака и полусерьезно вонзает когти в его шею, - сорвем Розочку?
Льлахи обнажает клыки и зловеще шипит.
- Не самый вкусный выбор, - Мел криво усмехается,ловя взгляд вампира. - Дядя Стервятник вроде им даже интересовался.
Мел слышит мнение Чумы. Надо же какое рьяное затупничество, ах, да он же вроде как свой.
_ С другой стороны...- Мел задумчиво прикрывает глаза - тем вернее привлечем внимание Упраляющего, только нужно ли оно нам?
Льлахи улыбается.
- Смотрите-ка, как вы все оживились. Взбудоражились. Зашевелились. Розочка, хочешь жить?
- Пожалуйста, - просит Крыс, расслабленно опуская руки и пряча их за спину. - Отпусти его.
-Как же тут не переполошиться, Льлахи? - вмешиваться она точно не будет, глядишь, узнает на что способен вампир, а, может, и какие тузы в рукаве у Крысы.
Мишель поднимает глаза на вампира.
- А ты прямо всерьез собрался меня убивать, Даниэль?
Ей не нравится, что Льлахи сосредоточен на Мишеле, но мало ли, вдруг он его все-таки грохнет.
- Ставлю на вампира. - шепчет она Мел.
Но поскольку Ретт сейчас далеко, аж за три полноценных мужских шага, она стискивает край столешницы. И зубы заодно, чтоб не барабанили почем зря.
Комментарий Беглеца правда возвращает к действительности.
Можно ли целоваться когда тебя душит хохот?
Мельтор точно не может.
Льлахи наклоняется к уху Мишеля и что-то шепчет ему на ухо и убирает руку с горла парня, красный отпечаток ладони, и алые дорожки там, где когти потревожили кожу, ярко выделяются на тонкой шее.
Вампир салютует Мишелю его же бокалом.
- Ладно, кто следующий на повестке?
- Спасибо, Ретт, я отзываю обещание, но неужели ты правда решил меня спасать?
- Чем воняет? - несколько озадаченно спрашивает она и вопросительно смотрит на Ретта.
Не дожидаясь ответа, девушка уже специально принюхивается.
"Пап?" Мельтор привыкла получать ответы от голоса в голове.